Электронные ресурсы Интернета

он был тем не менее, как покажет ближайшее будущее, поистине титаном зла. Как это будет, Ланде не знал и не думал об этом, как не думал уже и о том, что огорчит этим мать, восстановит против себя многих, затруднит свою собственную жизнь. то не они виноваты, что отказались от мысли улучшить свое положение, а лавочник. Она обняла Колю за шею и своим платком утирала ему лицо. - хрипло выговорил Мижуев. Так оставьте же, монсиньор, ваше безумное покушение, недостойное вашего великого имени.... Дворцы нобилей тогда не были тем, что они теперь - вместилищами бессмертных картин итальянского и негибнущей скульптуры греческого искусства. Для глаз Ланде, все еще как бы полных влажного простора и чистого блеска звезд, странен был желтый сухой свет лампы, тоненькая, хрупкая мебель, сбитая кровать с тощими горячими подушками и сухое, желтое, несчастное лицо Семенова, и его тоненькие, как палочки, белые ноги. -- Он у тебя по семи раз на неделе его мутит. - Вася, ведь я знаю, ты верил! - с мукой говорил Ланде. Носили все грязное и отрепанное: жаль было надевать чистое на огород.. Невесть чего захотели. - А я к вам!. Мейнур, в те отдаленные века, когда мы с тобою были сами неофитами, мы принадлежали к людям, для которых реальный мир был закрыт и недоступен. Когда шестнадцати лет, в возрасте мальчика и с сердцем мужчины, вы приехали в Лондон, не старалась ли я заменить вам мать? И разве вы не говорили, что могли бы поверить мне тайны своего сердца скорее, чем другим? - Вы были для меня, - с волнением сказал Кенелм, - тем неоценимым добрым гением, какого юноша может найти на пороге жизни, - женщиной кроткой и благоразумной, ласковой и сочувствующей, ограждающей его зрелищем ее собственной чистоты от всяких грубых заблуждений, удаляющей его от всяких низких наклонностей и целей невыразимой возвышенностью души, отличающей только самых благородных женщин. Вам когда надо-то? -- Сейчас надо, а ее вот нет. - Это знаменитый обманщик, и при нашем последнем свидании, на котором я обнаружил его хитрости, я подумал, что он станет мстить какими-нибудь сплетнями. -- Так. Солнце только что выглянуло и осветило поля, перелески и широкую мутную Вислу на загибе.. Это была манера человека, умеющего поддержать свое достоинство, не показывая вида, что это стоит ему усилий; манера, не раболепная перед великими, не надменная перед малыми, быть может напускная, но не вульгарная - вообще такая, что нравится людям. Инженер пришел сам, но был так же холоден и все свое внимание, казалось, обратил на ротмистра. Кенелм, почти не слушая указаний, которые его хозяин давал Сесилии, и извинений по его собственному адресу, остановился и стал внимательно смотреть на старую башню, так внезапно появившуюся перед глазами..." - с досадой мелькнуло у нее в голове. -- Крепкий народ? -- Народ хороший,

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 SU